Как дела? (1976)

Издатель коммунистической газеты пишет письмо сыну. Но это не просто исповедь: он пытается наладить диалог с собственным наборщиком, человеком, с которым делит одну типографию, но не одну правду. Их разговор - не спор о политике, а медленное вскрытие того, как вообще возникают слова и образы на газетной полосе. Каждое фото, каждый заголовок оказываются не отражением реальности, а чьим-то выбором. Издатель и рабочий смотрят на один и тот же снимок, но видят разное: один - доказательство, другой - манипуляцию. Годар и Мьевиль не дают готовых ответов. Они просто ставят рядом две оптики, два способа понимать мир, и заставляют зрителя выбирать самому. Вместо привычного сюжета - напряжённая тишина между фразами, вместо героев - голоса, которые пытаются договориться, но расходятся снова. Остаётся вопрос, который мучает обоих: кому на самом деле служит напечатанное слово.