Том Лик


Пишущая машинка стучит в иерусалимском зале суда. Ханна Арендт, философ и корреспондент, фиксирует каждое слово человека в стеклянной будке. Она приехала освещать процесс над Адольфом Эйхманом не для отчёта, а чтобы понять природу зла, породившего катастрофу. Чем дольше она слушает, тем яснее видит: перед ней не монстр из пропаганды, а банальный бюрократ, исполнявший приказы. Эта мысль ломает привычное объяснение Холокоста. Арендт пишет статью, где называет это «банальностью зла». Текст уходит