Убийство, которое кажется случайным и бессмысленным, поручают инспектору полиции Кип Гласли. Жестокость преступления бросается в глаза, мотив отсутствует, дело выглядит как вспышка гнева, не более того. Гласли начинает рутинную работу: опрос свидетелей, осмотр места, сбор улик. Чем глубже она вникает, тем отчётливее понимает: картина не складывается. Детали не сходятся, показания разъезжаются, а за видимой простотой угадывается чья-то тщательная работа. То, что казалось хаотичным, начинает
Чай, заваренный на скорую руку в тесной лондонской квартире. Джас и Маркус - двое, чья любовь замешана на убеждённости, что молчать нельзя. В 1970-е, когда правительственный отдел Black Power Desk методично душит любую активность темнокожих, они собирают подпольную ячейку. Их дело не просто борьба: это попытка выжить в системе, где за слово можно поплатиться свободой. Каждое собрание - шаг в зону, где друг может оказаться чужим. Джас видит, как идея пожирает Маркуса, превращая его из
Смартфон взломан, личные фото украдены, и теперь они могут оказаться где угодно. Актриса Сьюзи Пиклс в одно мгновение теряет контроль над собственной жизнью: репутация, карьера и брак висят на волоске. Вместе с подругой и менеджером Наоми она мечется между отрицанием и гневом, стыдом и отчаянными попытками всё исправить. Каждая новая утечка или звонок прессы бьёт сильнее предыдущего. Сьюзи проходит через все стадии потрясения, но главная борьба разворачивается внутри: как сохранить лицо, когда
Восьмидесятитысячный Пайн-Лейк, Висконсин, ещё не оправился от кризиса 2008 года. В местном баре идёт «Роктоберфест», а по рукам ходит однодолларовая купюра. Она связывает жителей городка, которые постепенно оказываются причастны к серии жестоких убийств. Среди владельцев банкноты - стендап-комик Джо Киган, пятнадцать лет пробивающийся на сцену и проваливающий все крупные прослушивания. После драки с зрителем он соглашается на сомнительное приглашение друга: выступить перед разведчиком
Лесной дом, спроектированный до мелочей, становится клеткой для двоих. После смерти отца Айзек остаётся с молодой мачехой. Она ещё не решила, брать ли опеку над мальчиком, а в тишине уже появляется нечто. Существо с лицом покойного приходит к ним. Скорбь не даёт женщине ясно мыслить, а сын видит отца там, где его быть не должно. Каждое появление твари подтачивает их хрупкое равновесие. Дом в лесу перестаёт быть убежищем. Айзек смотрит на мачеху и ждёт, когда она поймёт: это не папа.