Тела изувеченных девушек находят по всему Петербургу. Следствие топчется на месте, и полковник Ростов решается на отчаянный шаг: он просит о помощи британского медиума Оливию Рид, чьи спиритические сеансы собирают толпы. Ростов не знает, подлинный её дар или ловкий трюк, но каждая новая жертва делает дело темнее. Оливия соглашается, и их союз мгновенно привлекает внимание: убийца словно получает сигнал. Теперь под подозрением не только маньяк, но и сама гастролёрша. Петербург конца XIX века
Участковый Василич служит в милиции по убеждению, а молодого рокера Федю родители спрятали за погонами от преследования за подпольную группу. Старая закалка и советские идеалы сталкиваются с циничным хаосом нового времени. Поначалу напарники ненавидят друг друга, но постепенно находят общий язык в расследованиях. Там, где дедукция и опыт Василича бессильны, помогают знания Феди о зарождающейся жизни, где скоро будут править те, кого сейчас сажают за нетрудовые доходы. Двое патрулируют Купчино
Лето, загородный коттедж, снятый на последние гроши. Группа подростков из детского дома встречает рассвет своего выпускного: два дня без правил, с едой, музыкой и ощущением, что всё возможно. Они вложили в этот праздник все сбережения, и он должен длиться вечно. Но время аренды истекает. Дом, который был символом свободы, превращается в осаждённую крепость. Снаружи - люди, требующие вернуть ключи, внутри - дети, которые отказываются возвращаться в реальность. Штурм начинается, а они всё ещё