В Сеуле орудует убийца, чьи жертвы возвращаются с того света. Они не просто восстают - они ходят, говорят и, кажется, выполняют чью-то волю. Каждое новое тело становится звеном в цепочке, которую полиция пока не в силах разорвать. Детективу предстоит разобраться, кто стоит за этими манипуляциями. Ему противостоит не обычный преступник, а сила, стирающая грань между жизнью и смертью. Закон здесь бессилен, а каждый шаг в расследовании подводит к границе, за которой наука уступает место чему-то
Военная часть живет по своим железным законам, пока рядовой срочник не замечает то, что другие предпочитают не видеть. Принципиальность и цепкий взгляд выбрасывают его из серой массы прямо в подразделение по отлову дезертиров. Напарником становится капрал-хохмач, с которым парень колесит по стране в погоне за сбежавшими солдатами. За каждым случаем самоволки стоит личная трагедия, и чем глубже герой вникает в чужие истории, тем яснее видит, как армия ломает тех, кого призвана защищать. Тонкая
Боксёрская деменция стирает память и координацию, а прошлая ошибка на ринге навсегда закрыла для Пён-гу дорогу в профессиональный спорт. Теперь он расклеивает листовки, тренирует редких посетителей в полупустом зале и тайком оттачивает собственный стиль - бокс пхансори, где удары идут в ритме корейского пения. Бывший тренер, он же владелец зала, запрещает даже думать о возвращении. В зал приходит Мин-джи: ей нужно сбросить вес, она смешлива и настойчива. Именно её присутствие заставляет Пён-гу
Пять лет назад его дебют заметили, но второй фильм так и не родился. Страх провала парализовал, и время шло, а вместе с ним таяла уверенность в себе. Теперь он решает вернуться и снять картину об умирающем человеке. В поисках правды для сценария он встречает молодую актрису, у которой неизлечимая болезнь. Она не играет умирание, она его проживает. Их знакомство превращает профессиональный интерес во что-то личное и пугающее. Режиссёр оказывается перед дилеммой: его фильм требует подлинности, но