Когда лихая художница Кристин врезается в жизнь отца-одиночки Ричарда, он готов к переменам, но паника берёт верх. Ричард растит двоих сыновей, и каждый из них уже запутался в собственных экспериментах с близостью. Семилетний Робби ведёт первый виртуальный роман с незнакомкой. Четырнадцатилетний Питер становится тренировочной площадкой для соседских девочек, репетирующих будущие отношения. Ричард пятится от чувств, которые сам же позвал. Кристин порывиста и самобытна, она не вписывается в его
Нью-Йоркская театральная студия становится для подростка пространством, где можно быть кем угодно. Девушка пробует себя в экспериментальной постановке и постепенно перестаёт замечать, где заканчивается роль и начинается её собственная жизнь. Дома её ждёт мать, чьё беспокойство и попытки удержать дочь только подливают масла в огонь. Для героини сцена - это способ сбежать от контроля, но режиссёр студии видит в ней не столько актрису, сколько идеальный материал для своего искусства. Вопрос не в
Калифорния, наши дни. Олд Долио двадцать шесть, и она единственный ребёнок в семье хиппи-мошенников. Родители с детства учили её подделывать документы и разводить простаков, но видели в ней не дочь, а сменную подельницу. Девушка решает доказать, что она своя, и впервые придумывает собственную аферу. Она ждёт одобрения, но родители подключают к делу новую сообщницу. Олд Долио оказывается лишней в схеме, которую сама же придумала. Ей не нужны деньги, ей нужно, чтобы её заметили и полюбили. Но
Плёнка, запечатлевшая дыхание вулкана, и двое людей, готовых подойти к этому дыханию вплотную. Катя и Морис Крафт, французские вулканологи, посвятили жизнь тому, чтобы оказаться там, куда другие боятся даже смотреть. Их камера фиксирует не просто извержения, а сам пульс планеты, и ради этого кадра они ступают на остывающую лаву. Муж и жена работают в паре, где один страхует другого, а общий интерес сильнее инстинкта самосохранения. Их страсть - не риск ради адреналина, а научная одержимость,