Париж тридцатых годов, город, где декаданс и роскошь смешиваются с тревожным предчувствием перемен. Сюда приезжают две американские сестры, Лора и Кэти Барлоу, чтобы зарабатывать спиритическими сеансами. Их красота и таланты привлекают внимание кинопродюсера Андрэ Корбена, чьи дела пошатнулись. Он видит в них шанс: «ожившие» духи на большом экране сулят новую славу и богатство. Лора должна стать звездой его блокбастера. Но продюсер зачарован сестрами настолько, что его не волнует возможный
Двадцать лет Эжени и Доден работают бок о бок. Она готовит, он восхищается и зовёт гостей, чтобы те оценили её талант. Их дом пахнет сливочным маслом, трюфелями и утренней выпечкой. Между ними давно не просто роман, а тихое понимание без лишних слов. Но Доден хочет большего: он снова и снова просит её стать женой. Эжени медлит. Ей не нужно кольцо, чтобы чувствовать себя нужной. Вопрос не в любви, а в том, готова ли она поменять то, что и так работает идеально. Пока Доден придумывает новые
Жан говорит следователям, что его жена Мод оступилась на утренней прогулке и сорвалась со скалы. Тело нашли у подножия горной гряды Сент-Виктуар, дело закрыли быстро. Он повторяет эту версию на допросе спокойно и уверенно. Через неделю кто-то ставит его показания под сомнение. Каждая деталь в рассказе Жана начинает распадаться, и за фасадом скорбящего вдовца проступает другое лицо. Адаптация романа Джона Уэйнрайта, построенная как холодный психологический поединок. Правда уходит на дно.
Симон Синема, фанатичный старик-бонвиван, доживает свой век в шато, забитом кинохрониками, афишами и плёнками. Память начинает его подводить, и он нанимает студентку Камиллу: она должна пересказывать ему фильмы в течение ста и одной ночи, как новая Шехерезада. Симону около ста лет, и он теряет не просто воспоминания, а саму ткань своей жизни, сплетённую из кадров и лиц. Камилла оказывается коварной. Вместе с дружком Микой, начинающим режиссёром без гроша, она замышляет выкрасть
Сорокалетний Фабио застрял в серости: работа на сортировке отходов, алкоголь как единственное утешение и тайные отношения с женщиной намного старше, которые он прячет от всех. Судьба подбрасывает ему шанс, который не выбирают, - стать присяжным в деле молодого поджигателя, обвинённого в непредумышленном убийстве. Человек, неспособный разобраться в собственной жизни, получает право решать чужую. Судебная процедура обнажает его собственную неспособность к ясному выбору, а каждое заседание