Сценаристка Люси получает заказ на ремейк старого рождественского фильма. Чтобы уловить его настроение, она едет в то самое поместье, где проходили съёмки. В попытке прикоснуться к прошлому она переворачивает песочные часы и переносится в 1947 год. В этом времени Люси встречает живых создателей картины и сталкивается с их заботами, страхами и радостями. Оригинальная история оказывается не просто плодом фантазии, а отражением реальных чувств и событий, в которые она теперь вовлечена. Чем больше
Лос-Анджелес начала девяностых. Лиз выходит на панель не от хорошей жизни: её быт - череда случайных клиентов и попыток удержаться на плаву. Она знает цену своему телу и почти не ждёт от мира добра. Единственный, кто относится к ней по-человечески, - уличный факир Раста, однажды вытащивший её с того света. Но прошлое не отпускает. Бывший муж, жестокий сутенёр и клиенты, для которых насилие - норма, постоянно напоминают Лиз, что её жизнь ничего не стоит. Она пытается сохранить себя среди грязи,
Дорожная пыль, гул мотора и бесконечное шоссе. Внутри старого автофургона едет молодой человек, послушный сын, который пользуется машиной отца. Для него дорога - не маршрут, а охота. Взгляд сканирует обочину в поисках одинокой фигуры: женщины, которая оказалась не в том месте не в то время. Он не импульсивен. Его методы холодны и методичны: похищение, пытки, насилие, смерть. Фургон становится передвижной камерой пыток, где чужая боль - единственный язык, который он понимает. Жертвы выбираются