Уличный музыкант в Нью-Йорке играет «Summertime» так пронзительно, что прохожий, полицейский и даже голуби на секунду замирают. Этот момент - чистый Сулейман: тихая комедия, где смешное и щемящее неразличимы. Режиссёр играет самого себя, немого наблюдателя в бежевом плаще. Он едет из Назарета в Париж, потом в Нью-Йорк. Ему нужно найти деньги на фильм, но настоящая цель другая: понять, существует ли на планете место, которое можно назвать домом. В каждой локации Сулейман фиксирует абсурд быта.
Пустыня Негев, автобусная остановка, восемь музыкантов в синих мундирах. Александрийский церемониальный оркестр прилетел в Израиль играть на открытии культурного центра, но никто их не встретил. Водитель высадил их посреди жары, и они оказались в маленьком городке, который кажется негостеприимным. Оркестранты ищут ночлег и дорогу к цели, а местные жители не спешат помогать. Герои застревают в чужой стране без языка, без связи, с одним инструментом на всех. Между ними и обитателями городка