Харриет Эдер


Шестидесятилетние мужчины, которые когда-то снимали войну на восьмимиллиметровую камеру, теперь сидят перед объективом и вспоминают. Кто-то извиняется, кто-то философствует, кто-то всё ещё держится с вызовом. Их любительские плёнки, смонтированные в хронологическом порядке, становятся единственным свидетельством: от учений и поезда на восток до крыш Варшавы, белорусских деревень и зимней грязи. Эти кадры не постановка, а личный архив солдат вермахта, половина фильма состоит из их же съёмок.