Сорокалетняя Джулия - менеджер по маркетингу, чья жизнь превратилась в услужение всем подряд. Босс не замечает верных сотрудников, бойфренд-художник не выносит мусор, бывший жених пишет по ночам, а подруга пользуется её безотказностью. Последней каплей становится появление в офисе двадцатилетней блогерши с миллионом подписчиков - Джулию просто отодвигают. Она решает, что так дальше нельзя, и объявляет старт с чистого листа. Но что именно менять: работу, отношения или саму себя? И как начать с
Париж, съёмочная площадка. После травмы режиссёр возвращается к работе, но его восприятие расколото: он собирает мир заново из обрывков плёнки, разговоров, теней. Каждый кадр даётся усилием, каждое воспоминание проверяется на подлинность. Внутри этого хрупкого построения проступает другое кино. Фильм, который никто не разрешал снимать. Единственная сцена, которая повторяется снова и снова: встреча с той, кого давно нет. Чем точнее режиссёр восстанавливает реальность, тем яснее, что сама
У Кекко развалился бизнес, ушла жена, и он остался без опоры. Отчаявшись, он решает начать с нуля в Африке: устраивается официантом на кенийском курорте. Но и там покоя нет: гражданская война заставляет его искать путь обратно. Вместе с Умаром, который бредит итальянским кино и мечтает о переезде в Европу, Кекко отправляется домой. Их путешествие - не просто дорога через границы. Кекко надеется осесть в Лихтенштейне, где налоговые законы мягче. Умар же видит в спутнике билет к своей мечте.
Старый шкаф, в котором Нино хранит платья Рины, заперт на ключ. Семьи хватает одного взгляда на эту дверцу, чтобы понять: он говорит с ней каждый день. Шёпот за закрытыми дверями длится уже шестьдесят пять лет - с тех пор, как её не стало. Дочь видит, как отец уходит в этот разговор всё глубже, и решает, что историю их любви должен услышать кто-то ещё. Она приводит к нему писателя. Нино соглашается рассказывать. Он говорит о первой встрече, о привычке Рины поправлять ему воротник, о том, как