Пятеро финских подростков живут в маленьком городке Хейнола. Начало девяностых, родители с трудом переживают экономический кризис, и будущее кажется таким же серым, как небо над лесопилкой. Героям нужно найти что-то своё, что-то, что не обесценится вместе с маркой и не исчезнет, когда заводы закроются. Случай сводит их вместе, и они собирают панк-группу. Громкая музыка становится единственным способом пробить тишину упадка и сказать то, для чего нет слов в приличном разговоре. Но получится ли у
Старый матрас, брошенный на пустыре, - вот что осталось от чьей-то жизни. Ари тащится по такой же свалке: работа не держит, люди не трогают, единственное, что ещё даёт ощущение живого тела, - случайная постель. Он не выбирает, не ждёт, не просит. Он просто входит в чужой дом, в чужой вечер, в чужую кожу - без стука и без стыда. Каждая новая женщина - не человек, а способ не чувствовать пустоту. Но пустота не уходит, она только растёт, и с каждым разом Ари нужно больше, чтобы её заткнуть.
Майя не помнит аварию, в которой сбила девушку по имени Лайла. Память отказывает ей в самой страшной минуте: она знает только итог - Лайла мертва. С этого момента привычный мир Майи начинает трещать. В её жизни появляются пугающие события, которые она не может объяснить, но чувствует их связь с той ночью. Она пытается удержать остатки нормальности: ходит на работу, отвечает на звонки, делает вид, что всё под контролем. Но внутри неё растёт глухое беспокойство, смешанное с виной, которую
Элиас Каро потерял всё во время рецессии девяностых. Разорение его семьи, о котором молчат газеты, толкает его на отчаянный шаг: он берёт в заложники четырёх журналистов прямо в редакции. Для него это не преступление, а последний способ докричаться до тех, кто хранит молчание. Внутри Элиас остаётся не столько преступником, сколько загнанным в угол человеком, который больше не видит другого выхода. Журналисты не просто жертвы. Каждый из них становится частью его личной драмы, и граница между