Где-то над городом парит незримый наблюдатель. Рассказчица, подобная Шахерезаде, плетёт кружево из историй, заглядывает в чужие окна и проникает в сны. Она видит череду событий, из которых соткана обычная жизнь: её банальность и её неожиданную красоту. Влюблённые, как на картинах Шагала, парят над улицами. За каждой дверью своя драма или нежность. Смерть соседствует с первым поцелуем, одиночество - с внезапной радостью. Рассказчица не судит, она лишь наблюдает, как бесконечность прорастает
Городское пространство Стокгольма превращается в сцену для абсурдных и жестоких происшествий. Немолодого клерка увольняют с работы, и он теряет рассудок прямо на улице. Эмигранта избивают до полусмерти, а фокусник во время представления по-настоящему распиливает добровольца из зала. Владелец мебельного магазина в отчаянии сжигает своё дело дотла, и его начинает преследовать призрак удавленника. Толпа мрачных взрослых в деловых костюмах приносит в жертву девочку. Чиновники хлещут себя плетьми, а
Сэм и Джонатан торгуют странными безделушками: зубными протезами с улыбкой, масками клоунов, пакетами для плача. Они тащат свой чемоданчик по унылым улицам, заходят в пустые бары и захолустные гостиницы. Но их маршрут - лишь нитка, на которую нанизаны короткие зарисовки. Солдат возвращается домой к накрытому столу, которого уже нет. Умирающий старик пытается допить бутылку вина. Король входит в бар, чтобы подбодрить солдат, и никто не поднимает головы. Герои не меняют мир, они только проходят
Человек потерял уверенность в том, что его жизнь что-то значит. Вокруг него люди, которые кричат о своей боли, влюбляются в тех, кто их не замечает, и привычно глушат тревогу лекарствами. Водитель бетономешалки видит во сне казнь за разбитую чужую вещь, музыканты репетируют, не слыша соседей, а толстушка рыдает в пустоту. Это не сюжет, а срез существования, где величие и нищета человека видны в каждом будничном жесте. Режиссёр Рой Андерссон смотрит на эту шведскую модель конца света с горькой