Лион, 1943 год. Крепость Монлюк, превращённая в тюрьму гестапо. Член французского Сопротивления знает, что его казнь назначена на ближайшие дни. Камера-одиночка, наручники, приговор, который не обсуждают - у него нет иллюзий относительно исхода. Но внутри зреет другое решение. Не отчаянный рывок, а холодный, пошаговый расчёт. Каждый звук за дверью, каждый шаг конвоя и скрип засова становятся частью плана. Вокруг - стены, за которыми расстреливают других. Внутри - тишина и работа пальцев,
В академии Рашмор Макс Фишер - король внеклассной деятельности: редактор газеты, капитан фехтовальной команды, основатель общества пчеловодов. Его портфолио блестит, а дневник пестрит двойками. Директор ставит ультиматум: исправить оценки или покинуть школу. Вместо учебников Макс выбирает влюблённость в молодую учительницу Розмари и дружбу с промышленником Херманом Блюмом. Оба взрослых становятся его сообщниками и соперниками одновременно. Макс разрывается между школьными клубами, попытками
Виридиана готовится принять постриг, но перед этим приезжает в поместье дяди, который оплатил её обучение и давно ждёт этой встречи. Его страсть к племяннице оказывается настолько сильной и неожиданной, что рушит её планы на будущее. Девушка отказывается возвращаться в монастырь и остаётся в замке, пытаясь найти новый смысл вне стен обители. Луис Бунюэль ставит героиню перед жестоким столкновением идеалов и реальности: её вера и добрые намерения встречают равнодушие и цинизм окружающих.
Первый звонок раздаётся, когда тринадцатилетняя Сесилия вскрывает вены в ванне. Её сёстры, четыре девушки в доме с жёлтыми ставнями, ещё дышат, но городок уже видит в них призраков. Соседские мальчишки следят за окнами спальни, собирают выброшенные вещи, записывают каждый вздох. Родители, испуганные чужим вниманием, запирают дочерей в четырёх стенах. Дом превращается в теплицу, где запрет плодит тоску, а тоска - желание вырваться любой ценой. Мальчики остаются снаружи, с биноклями и догадками,
В послевоенной Франции группа горожан решает ненадолго сбежать от разрухи — едет за город, к реке. Среди них — Анри, уставший от войны, но ещё не потерявший надежды; Лизетта, молодая и легкомысленная, ищущая радость в каждом мгновении; и Жюльен, циничный, разочарованный. Они плывут на лодке, пьют вино, смеются. Кажется, будто война — далеко. Но тени прошлого настигают их: случайная встреча с бывшим солдатом, детские воспоминания о бомбёжках, тихий страх перед будущим. Лизетта флиртует с
Солнце садится за кладбищенские деревья, и тишину разрывает хриплое дыхание тех, кто не должен был встать. Барбра с братом приезжают навестить могилу, но на них набрасываются фигуры, похожие на разложившихся мертвецов. Девушка успевает добежать до ближайшего дома, где уже прячутся несколько незнакомцев: темнокожий парень Бен, супруги Куперы с больной дочерью и влюблённая пара. Запершись внутри, они пытаются отбиваться от нарастающей снаружи толпы. Но настоящая угроза не в заколоченных окнах.
Богатая и красивая Анна ссорится со своим любовником Сандро на яхте, а затем бесследно исчезает на необитаемом острове. Её подруга Клаудия вместе с Сандро отправляются на поиски, но пустынный скалистый берег не даёт ответов. Чем дольше они ищут, тем сильнее их совместное напряжение перерастает в нечто новое. Прошлое отступает, настоящее становится зыбким, а чувства двоих начинают подменять собой цель поисков. Антониони превращает детективный сюжет в медитацию о тоске и неспособности любить.
Он привык брать от жизни всё без спросу: угнанные машины, случайные деньги, чужие женщины. Мишель Пуакар не думает о завтрашнем дне, пока однажды по дороге в Париж не убивает полицейского. Просто чтобы отвязаться. С этой секунды его свобода превращается в бегство, а беззаботность - в паранойю. Мишель мечется между Патрицией, американской студенткой, в которую влюблён, и полицейскими, которые сжимают кольцо. Он хочет её убедить, что их связь стоит риска, но девушка смотрит на него холодно и не
В глухом лесу, среди снегов, четверо мужчин — Бруно, Карл, Эрвин и Лукас — прячутся от войны. Они дезертиры, но здесь нет братства: каждый сам за себя. Голод, холод, страх. В заброшенной хижине находят карту к кладу — золото нацистов. Сначала осторожное сотрудничество. Потом подозрения. Бруно, самый жестокий, шепчет на ухо, стравливает их. Карл не верит никому. Эрвин пытается удержать мир. Лукас молчит — но в его глазах уже решение. Золото становится проклятием. Доверие рассыпается, как пепел
Она не справляется с ролью жены и матери, и каждый день для неё - битва с собственной неспособностью быть нормальной. Ник выбивается из сил, пытаясь удержать семью на плаву, но Мейбл всё равно делает то, что разрушает их обоих: однажды она оставляет детей у бабушки и уходит в бар с чужими мужчинами. Муж ещё пытается спасти брак, но его терпение трещит, а она лишь глубже проваливается в чувство вины и отчуждения. Кассаветис снимает это крупным планом, безжалостно и нежно, показывая, как любовь
Старики из провинции едут в Токио повидать взрослых детей. Сын, занятой доктор, и дочь, владелица салона, находят для родителей только курорт с шумными соседями и бессонной ночью. Мать проводит вечер со снохой - вдовой погибшего брата, отец встречается с друзьями детства. Именно вдова, чужая по крови, дарит им то тепло и внимание, которых они ждали от родных. Дети слишком поглощены собой, чтобы заметить, как тонка становится связь. Пренебрежение обернётся сожалением, но будет поздно. Ясудзиро
Нью-Йорк, конец семидесятых. Джо Гидеон ставит мюзикл за мюзиклом, монтирует фильм, репетирует новый номер - и всё одновременно. Он эгоцентричен до такой степени, что не замечает, как бывшая жена Одри и дочь Мишель существуют где-то на периферии его гонки. Женщины приходят и уходят, а работа остаётся единственной формой любви, которую он признаёт. Тело начинает сдавать. Джо оказывается в больнице с инфарктом, но даже там он продолжает диктовать правки по телефону и строить планы на следующую
